Friday, December 30, 2011

Предпоследний день уходящего года.


Открою вам :) маленький секрет: как бы я не обожала жизнь в субтропиках, это бесконечное лето, которое мы в июне-августе формально именуем зимой, эти вечнозеленые раскидистые пальмы и ароматные эвкалипты, окружающие наш дом, это небо удивительной красоты и океан, до которого подать рукой, но раз в году я чуточку скучаю по крепкому сибирскому морозцу, негромкому скрипу снега под ногами и мерцанию снежинок под бледным светом ночных фонарей. Раз в год на несколько часов я бы согласилась снова оказаться в заснеженной Сибири, чтобы встретить Новый год так, как я привыкла это делать с детства: в морозном волшебстве зимы и под бой курантов по телевизору.

Сегодня у меня какое-то неясное чувство, что новый год приближается слишком быстро, :) а у меня осталось столько незаконченного в этом, 2011. Я так полностью и не разобрала фотографии и довела только до середны рассказ о нашей августовской поездке в американский Йеллоустоун, сентябрьские фото с цветочного фестиваля в Тувумбе лежат полностью нетронутыми, и большая часть картинок из нашего ноябрьского отпуска в том же состоянии... Я постараюсь завершить эти рассказы как можно быстрее, но объем работы меня впечатляет - пледы я вяжу проще и легче.


Ну, :) достаточно на сегодня воспоминаний и ностальгии, теперь о настоящем. Синоптики пока ошибаются, сначала они предвещали очень дождливое, потом - рекордно холодное лето. Декабрь и вправду был нежарким, но не очень влажным, особенно если его сравнить с прошлым годом.

Сегодня, гуляя у озера Манчестер, мы заметили, что оно заметно обмелело - опасаясь наводнений из него сбросили в реку большой объем воды. Сейчас по берегам густо разрослась осока, и ее светло-зеленые пушистые метелки красиво выделяются на фоне более темной зелени и синеватой глади воды.


Эти берега всегда окружает такая удивительная тишина и спокойствие, что они неизменно пробуждают во мне какое-то умиротворенное и немного поэтическое настроение. Эту тишину нельзя назвать абсолютной, просто здесь не слышно привычных звуков большого города. Только ветер негромко шепчет в кронах эвкалиптов, и мелодично пересвистываются пичуги. Иногда и они замолкают, и тогда на несколько секунд меня окутывает совершенная тишина, которая прерывается легким плеском воды или удаленным хохотом кукабарры. А от нагретого на солнце косогора распространяется невыразимо сладкий медовый аромат: там благоухают крохотные желтые и розовые цветочки.