Saturday, December 8, 2012

Yudanaka - Yokohama.




Медленно и бесшумно пушистые белые хлопья опускались на землю, укрывая тонким чистым покрывалом слякоть, мокрую траву и яркие облетевшие листья. Мне было холодно и в то же время как-то по-особенному ностальгично и по-детски уютно - я уже больше десяти лет не видела снега.

Эта метель на японской горе Коша неподалеку от городка Юданака провинции Нагано на несколько минут вернула меня в детство. Снежные мушки бесшумно кружились в воздухе и неслышно опускались на землю, застилая ее белоснежным пуховым покровом, превращая знакомые пейзажи в сказочные, волшебно сияющие миллиардами крохотных снежинок.

Была середина утра. Мы возвращались в Йокохаму...




...Юра проснулся еще затемно, посмотрел на часы:

- Скоро рассвет, поедем фотографировать?

Мне было тепло и уютно под ворохом мягких одел, хотелось еще немного подремать и понежиться:

- А давай ты мне его позже покажешь, а?

Муж не стал возражать, за минуту оделся, бряцнул ключами от машины и тихо прикрыл дверь. Я снова дремотно уткнулась в полотняную наволочку с простой мережкой по краю.

Мы прожили в этом небольшом семейном отеле всего три дня и каждый вечер обнаруживали постель, застеленную чистыми простынями. Особенно меня умиляли наволочки, они выглядели очаровательно из-за простой и непритязательной вышивки, добавляющей домашнего уюта.




Юра вернулся, когда уже совсем рассвело:

- Восход был так себе, зато речушка за городом выглядит художественно.

Мы позавтракали, я начала укладывать чемодан, собираясь в дорогу. Юра заторопился:

- Я еще сфотографируюсь в горячем источнике, в том, что во дворе - он самый живописный. Дома вшоплю на картинку макак - будет смешно!




Я засмеялась:

- Тебе никто не поверит, что ты купался в одном онсене с мартышками! :)

- Посмотрим!

Наконец сборы были закончены, Юра вернулся, запаковал фотооборудование, и мы спустились вниз на reception, ожидая Нацуми.

Хозяин, увидев нас с чемоданами, позвал жену и взрослого сына, и они втроем выстроились в холле, приветливо нам кивая. Пожилая японка-хозяйка с улыбкой протянула нам сувениры - деревянные брелки в виде крохотных мартышек. Юра решил поблагодарить хозяев за теплый прием на японском, с трудом подбирая выученные за последнюю неделю слова.

Лицо хозяйки приняло сначала внимательно-напряженное, а потом - несколько испуганное выражение, пока она вслушивалась в "речь гостя". :) Тут к нашему счастью в холл спустилась Нацуми, и я, сдерживая истеричное хихиканье, прошептала девочке:

- Надеюсь, что Юра не успел наговорить в твое отсутствие ничего неприличного!

Нацуми быстро выяснила, что пытался сказать мой муж и по-японски объяснила хозяевам, что мы в восторге от их отеля, нам очень понравился его традиционный японский интерьер и обслуживание.

Лицо нашей доброй хозяйки расслабилось и засияло счастьем, и пока мы все кивали и дружно повторяли "Аригато гозаймас", она нырнула в подсобную комнату и вскоре вернулась обратно, с трудом удерживая три огромных румяных яблока, которыми тут же нас одарила. Яблоки в этих краях росли особенные: крупные, душистые, с сочной хрустящей белой мякотью, которая вокруг сердцевины была пропитана сладким соком золотистого цвета.




Перед тем, как повернуть на скоростную магистраль, мы решили еще немного покататься по окрестностям и поднялись повыше к снегу на гору Коша, весьма популярную зимой у горнолыжников.




Дорога к горнолыжному курорту пролегала среди ровных прямоугольных сельхозугодий, урожай здесь уже давно убрали.




Фруктовые деревья - яблони и сливы стояли полностью обнаженными, местами на земле возвышались горки подмороженных фруктов.




Но хурма все еще висела на деревьях, украшая высокие старые стволы с плакучими ветвями яркими оранжевыми фонариками, тускло сияющими гладкими мокрыми боками.




Начался дождь. Чем выше мы поднимались в гору, тем он шел сильнее и сильнее. Когда мы добрались до отелей, где зимой селятся горнолыжники, дождь превратился в мохнатый и уютный снег, бесшумно и медленно кружащийся и устилающий темный осенний пейзаж девственно-белой вуалью.




Подъемник на гору еще бездействовал, проволочные канаты уходили наверх и терялись в туманном мареве метели.

Мы несколько раз останавливались, чтобы сделать фотографии, но мой организм, совершенно отвыкший от минусовой температуры, очень скоро взбунтовался от резких ее перепадов, и в очередной раз забравшись в уютное тепло нашей задорно-красной Toyota Spade, я почувствовала, что меня совсем разморило.




Я продремала большую часть обратного пути от Юданаки до пригородов Токио. Подъезжая к городу, мы остановились в пункте для отдыха около автомагистрали. Здесь, рядом с Токио, эти пункты были просторными, с десятком кафе под одной крышей.

Я удивилась:

- Что-то сегодня людно и оживленно.

Нацуми коротко отозвалась:

- Суббота. Жители Токио выбрались отдохнуть.

Токио встретил нас золотистым листопадом гинкго. Легкий ветер срывал с невысоких деревьев последние веерообразные листочки и бросал их между машинами, где они устраивали веселые хороводы, кружась в вихрях, поднимаемых колесами.

Мы снова бесконечно долго стояли в пробках на окраине Токио, въехав в Йокохаму в сгущающихся сумерках.