Sunday, July 20, 2014

Какаду над рекой.




- Давай обратно домой поедем окружным путем, мимо гольф-клуба? А потом вдоль реки в Indooroopilly?

- Зачем? - Удивилась я, усаживаясь в водительское кресло, - Там же дальше!

- Ну затем, что по знакомым дорогам ты ездишь уже довольно уверенно, а на незнакомых начинаешь теряться. Надо набираться опыта.

- Ну поехали вокруг, раз надо, - согласилась я и вывела машину со стоянки перед университетским зданием, в котором работает Юра.

С утра пораньше ему надо было заглянуть в лабораторию, чтобы проверить, как проходит долговременный эксперимент.

Последние годы на дорогах города стало появляться все больше велосипедистов. В будни они выбирают велосипед как средство транспорта, чтобы добраться до работы и обратно, а по выходным катаются для удовольствия и поддержания физической формы.

Чаще всего велолюбители избегают центральных дорог, поэтому когда я ехала по коротким и узковатым улочкам юго-западных районов Брисбена, мне приходилось передвигаться с особенной осторожностью, чтобы не наехать на велосипедистов.

- Не забывай, к ним нельзя подъезжать ближе, чем на полтора метра, - напомнил муж.

- Да помню-помню, - ворчала я, слегка заезжая на прерывистую линию дорожной разметки, - Вот развелось вас здесь! :)

Я бросила короткий взгляд на реку и не удержалась:

- Вау, какие сегодня отражения!

- На дорогу смотри!

- А я реку заметила боковым зрением... Но хорошо, я буду глядеть на дорогу, а ты - на отражения.

- За поворотом есть маленькая стоянка, - сжалился надо мной муж, - там можно поставить машину и погулять вдоль реки.




Юра спустился к воде сразу, только мы отошли от автопарковки. Я постояла на пешеходной дорожке, разглядывая сверху заиленный берег, густо покрытый мангровыми зарослями. Похоже, что отлив приближался к своей нижней точке. Было солнечно и по-утреннему зябко. Ночью температура опустилась до плюс пяти, и сейчас, к половине восьмого утра, воздух только-только начал прогреваться.

- Я пройдусь по тропинке наверх, а ты не торопись, фотографируй эту грязь, сколько тебе нравится! - Великодушно предложила я мужу.

Заметив его согласный кивок, я вышла на деревянные мостки, проложенные неподалеку от асфальта, и стала подниматься вверх по пологому холму.

Понарама реки закрывалась прибрежными зарослями, и я почти добралась до мостов через реку Брисбен, так и не сделав ни одного снимка.

Над рекой кружилась небольшая стайка желтохохлых какаду. Один попугай спикировал на ветку эвкалипта неподалеку.




- Ну вот зачем сел так высоко, - обратилась я к птице с речью, - сидел бы пониже, я б тебя сфотографировала.

Какаду расправил нарядный хохолок, склонил голову набок и покосился на меня черным глазом-бусинкой, словно прислушиваясь к моим словам.

- Да-да, с тобой разговариваю! Давай садись ниже!

В этот момент еще один из пролетавших мимо попугав издал громкий, пронзительный вопль и опустился прямо на цветочную стрелку агавы, растущую на склоне в пяти метрах от дороги.

- Вот какой молодец! - Обрадовалась я и включила свой Никон.

А гутаперчивая веточка задрожала, потому что на нее следом спикировали еще две птицы.




"Эхххх, как жалко, что Юра далеко!" - подумалось мне. - "Объектив у меня слабоват... Но лучше сфотографирую тем, что есть."

Я защелкала камерой. А какаду, словно позируя, махали крыльями, балансируя на тонком стебельке, доставали своими изогнутыми клювами созревшие семена.

Сделав около полутора десятков кадров, я решила поискать мужа, чтобы взять у него другую линзу. Но стоило мне сделать несколько шагов в сторону, как попугаи сорвались с места и, громко крича, улетели прочь.




Юру я нашла на пол-дороге к стоянке, он только что выбрался из мангровых зарослей.

- Что у тебя там было интересного? - Полюбопытствовала я.

- Ничего особенного. Только отражения.

- А у меня какаду! Пойдем покажу где сидели!

Мы вернулись на холм над рекой к тому месту, где росла агава. Постояли, наблюдая за кружащимися над противоположным берегом белыми попугаями. Какаду еще покричали и опустились на мост, а мы отправились обратно домой.