Фантастический вечер в Рэдклиффе

28.05.2025.

В этот день год назад была среда. Юра перешел у себя в Юни с начала месяца на неполную занятость, и мы решили воспользоваться этой свободой — пообедать в Рэдклиффе.

День выдался ясным, солнечным и теплым. Мы заглянули в «Красный дельфин» (Red Dolphin) и взяли рыбу с картошкой в пакете take-away.

Мне очень нравится атмосфера «Красного дельфина», а знающие люди говорят, что это место сохранило самый классический, бесхитростный стиль австралийского прибрежного кафе середины и конца XX века.

Полуостров Рэдклифф исторически пропитан темой рыболовства. Весь этот берег — от Маргейта (Margate) до Скарборо (Scarborough) — десятилетиями был главным местом для семейных прогулок с бумажным пакетом горячей рыбы и картошки.

Устроившись на широких бетонных ступенях, плавно спускающихся к узкой полоске песчаного пляжа, мы с аппетитом и без церемоний умяли наш обед, а потом отправились гулять по променаду, наслаждаясь спокойствием будничного дня и прекрасной погодой.

В это время года световой день длится чуть больше десяти часов, солнце прячется за горизонт в пять после полудня.  И «золотой час» с его пастельным небом и выразительными облаками наступает рано — когда ещё нет и четырех.

Когда мы вышли на прогулку, длинные черные тени от араукарий и деревянных навесов, построенных вдоль променада, тянулись по песку до самой кромки прибоя. Солнечный свет стал плотным и желтым — он красиво оттенял структуру пляжного песка и спокойную воду в заливе.

Студенистым зеркалом океан лежал у наших ног и тихонько шептал, словно тоже собирался на покой с заходом солнца.

Муж спустился с деревянного променада на песок, чтобы сделать кадр-другой с пеликаном.

Я же фотографировала всё подряд: и лежавший на песке скелет какой-то рыбы, и совершенно фантастической красоты небо, и облака, отражавшиеся в небольшой лужице, оставшейся на песке после отлива.

Мы дошли до конца пляжа Suttons Beach и повернули назад — солнце упало за кроны деревьев и дома, на берегу стало быстро темнеть. Вода в заливе, отражая небо, приобрела фантастический цвет и медленно колыхалась расплавленным металлом.

Красочной вечерней зари нам увидеть не удалось: когда мы вернулись к «Красному дельфину» и Митси, ждущей нас около него на автостоянке, небо просто посерело, на полуостров стала спускаться ночь.

А мы забрались в машину и отправились домой, всё еще очарованные тихим шепотом океана и особенной, спокойной магией того заката.

За четыре дня до зимы

 

За окном — серо-зелёный пейзаж, ливень зарядил так, что не слышно гула редко проезжающих машин на соседней улице.

Снова дождь поливает день и ночь, но до вчерашнего дня на небе можно было разглядеть редкие проблески солнца. После полудня на наше юго-западное побережье Квинсленда наползло беспросветное сизое марево, и над нами разверзлись небесные хляби.

Вчерашний скан с метеосайта

В новостях с утра показали, как кое-где из-за обильных осадков разлились ручьи и, как водится, затопили несколько дорог, смыли пару-другую машин. Но кого в Квинсленде уже удивишь такими новостями?

Из-за этой непогоды мне прошедшим вечером пришлось пропустить мою традиционную прогулку. Вместо неё я лишь немного побродила по торговому центру в Индурупилли (Indooroopilly) и в супермаркете за рекой, но едва-едва «наскребла» 5000 шагов... Совсем мало.

В дикой природе смену сезонов сейчас можно угадать только по укороченному световому дню и снижению температуры, а пейзажи сейчас зеленеют, тем более после недавних дождей.

Но в населённых пунктах, там, где любители «традиционной» евразийской осени высадили привозные деревья и кустарники, можно видеть маленькие локальные «взрывы» золота, багрянца и пурпура — самых настоящих и привычных мне осенних красок.

Одно совершенно чудесное и пышное дерево растёт на моём пути до парка, по которому я гуляю регулярно. И недавно оно опять оделось в невообразимо пёстрый и прекрасный наряд, на который хочется любоваться.

А ещё, невзирая на приближение зимы, недавно повсюду в садах расцвела Euphorbia leucocephala, молочай белоголовый, близкий родственник пуансеттии. На английском языке его часто называют «Снежинка» и «Снега Килиманджаро».

У меня тоже есть такой небольшой кустик, он растёт в глубине двора у забора. А прошлой зимой, после традиционной стрижки, я смогла укоренить от него несколько небольших отростков, но они пока ещё очень малы. 

Кстати, при культивировании этого молочая, всегда нужно помнить, что его белый густой сок ядовит и может вызвать раздражение даже на коже.

У меня эти нежные цветы всегда ассоциируются с моей первой австралийской зимой.

В мае 2000-го года, впервые ступив на австралийский континент, в одном из садовых питомников я заметила довольно большой куст эуфорбии, словно покрытый пышной белой пеной. И была поражена до глубины души тем, что на закате осени в Австралии можно найти прекрасные цветущие деревья и кустарники. (Можно представить моё состояние души, когда в середине зимы зацвели местные, не привозные воттлы-акации и эвкалипты.)

Кажется, дождь утих... Но на улице теперь очень сыро. Зато стало слышно, как кудахчут соседские куры и кричит их предводитель — маленький петушок. Он у соседей один-единственный на примерно полсотни кур.