Магнитные бури или «Задача трёх тел»?

Какой-то странный у меня выдался день... Очень сонный. Может быть, это магнитные бури? Или-таки :) догоняет старость?

Сначала я (неожиданно для себя) задремала, когда мы с Юрой, позавтракав в Service Centre на Bruce Hwy, поменялись местами: он сел за руль, а я — на пассажирское кресло Митси.

Мы слушали sci-fi роман китайского писателя-фантаста Лю Цысиня «Задача трёх тел», и в какой-то момент я, запутавшись в непривычных слуху именах, стала дремать.

Вскоре мы приехали в Caloundra, мой муж нацепил свой замечательный гидрокостюм и ушёл к рыбкам. Я позевала немного, сидя в машине. Потом попила из термоса зелёного чаю и отправилась искать Юру.

Он к этому времени накупался, вышел из воды и пожаловался на высокий swell, активный прилив и морской прибой - всё это мешало ему фотографировать под водой.

В эту субботу отдыхающих на пляже было полным-полно. Весна выдалась в этом году тёплой, ещё и школьные весенние каникулы как раз начались.

Kings Beach, Caloundra, Sunshine Coast

Юра переоделся, мы перебрались от любимого (и подходящего для снорклинга) уголка Kings Beach к Moffat Beach и оставили Митси на самой высокой точке мыса.

Отправились гулять, сначала в сторону Shelly Beach. Там нам посчастливилось опять увидеть птичку leatherhead (я о ней только недавно здесь упоминала). Крикливый филимон был настолько добр :) и бесстрашен, что позировал для Юры несколько минут.

Крикливый филимон

Получилось несколько неплохих фотографий этой птички, чем-то похожей на грифа.

Только гриф — крупный пернатый падальщик, а филимон — размером всего-то с обычную сойку и всеяден.

Мы вернулись к Митси, изрядно пропитавшись солёным свежим морским бризом и теплом, окутывавшим нас, стоило нам зайти за густые прибрежные заросли. Достали и прикончили наши оставшиеся после завтрака сэндвичи и чай.

После чаепития мы дошли до обзорной площадки над Moffat Beach. По пути мы заметили, что всю линию высокого обрыва над скалами прикрыли новенькой деревянной оградкой. Впрочем, это почти символическая ограда никак не мешала любоваться изумительным лазурным океаном и кристально-голубым небом.

Новая оградка над обрывом и свежие заросли ломандры длиннолистной

Рядом с обрывом недавно высадили много кустов местного эндемика — ломандры длиннолистной (корзиночная трава, лат. Lomandra longifolia). Это растение устойчиво к засухе и отлично укрепляет дюны и склоны от эрозии.

Alpinia zerumbet, shell ginger, альпиния церумбет тоже росла на обрыве

Прошлое лето на Moffat Beach шли ремонтно-строительные работы. Берег пришлось серьёзно укреплять после эрозии, вызванной последним циклоном.

Сейчас пляж снова открыт, и на нём, как и везде Sunshine Coast, в эту субботу было очень людно.

Moffat Beach 

На лужайке на мысе мы заметили нарядно оформленный уголок для пикника. Когда мы проходили мимо, там сидела молодая пара. Когда мы вернулись обратно, кресла были пусты, а на столе стояла табличка "Luxury picnics" и номер телефона. Может быть, это была реклама?

Не то чей-то красивый пикник, не то просто реклама

Около часу дня мы отправились домой, Юра снова был за рулём. Я же опять задремала под Лю Цысиня. Сюжет его популярного фантастического романа мне был интересен, но певучие китайские имена на слух запомнить получалось не всегда. И я путала, кто есть кто.

...Вечером, часов около восьми, уже после ужина и душа, мы смотрели по ТВ «не-помню-что». А я в третий раз дремала. Проснулась к девяти, когда Юра пошёл смотреть на десктопе сделанные за день фотографии.

А я нашла в сети прямую трансляцию контрольных прокатов российских фигуристов и с удовольствием понаблюдала за КП девочек. Какие же они все разумницы и раскрасавицы, одна лучше другой! Ещё бы интриг между тренерскими клубами было поменьше, и фанаты одних фигуристок более лояльно относились бы к другим. (Но это я, наверное, слишком многого хочу от людей?)

Ближе к одиннадцати я отправилась спать. Заснула легко, будто и не дремала с перерывами всю субботу. Такой вот получился - слегка сонный, но очень приятный и насыщенный - день.

До ЛЭП и обратно: как 10 000 шагов превращаются в «вааау!»

— Не ожидала, что сегодня сюда заберёмся! Мне представлялось, что до этой вершины идти довольно далеко. Часа два, не меньше!

Стоя под высоковольтной ЛЭП, я восхищённо рассматривала открывшийся перед нами простор с полями, лесами и тонкой линией горного хребта у горизонта.

 

...

— Давай сегодня поедем гулять вокруг озера, — предложил муж, когда мы собирались на традиционную утреннюю прогулку.

— Ты из-за машин?

— Ага. Не хочу дышать выхлопными газами.

Что и говорить, очень удобно ходить пешком от дома до парка у реки. В одну сторону два километра и столько же в другую. Это чуть больше 6000 моих шагов.

Рекомендуемую «модную норму» в 8000 шагов я добираю позже: работая в саду, в доме, размахивая пылесосом и даже в супермаркете, толкая продуктовую тележку между стеллажами.

В последние дни что-то неправильное стало происходить с климатом в нашей излучине реки: пройдёт школьный автобус, собирающий детишек по утрам, а вонючий выхлоп так и висит над бетоном. И совсем не хочется активно дышать этой гадостью по пути к здоровому образу жизни...

Вместо озера мы в этот раз отправились в Moggill Conservation Park. Это всего 6 км от дома, буквально несколько минут на машине.

Мы бывали в этом диком небольшом заповеднике дважды. Первый раз в середине мая перед закатом немного прошлись по Centre Road и повернули назад, потому что стало темнеть: Там, где поют птицы-колокольчики.

А через неделю мы испытали себя на выносливость, покоряя крутые подъёмы Devils Break. Было очень интересно: Эта непростая "Просека Дьявола".

— А давай — 30 минут в одну сторону, а потом — обратно, — предложила я, закрывая дверь Митси, припаркованной на грунтовой автостоянке.

— Угу, — как-то неубедительно отозвался Юра.

И мы вошли в лес. Когда лесные просеки начали разветвляться, мы снова выбрали Centre Road, отличавшуюся не очень крутыми подъёмами.

— Очень слабо трава отросла после зимнего отжига, — я кивнула на обочину.

— Сухо очень.

— Сухо, — согласилась я. — Дождей не было почти два месяца. Зато травяные деревья скоро зацветут.

Мы несколько минут с интересом рассматривали свеженькие, ещё совсем невысокие цветоносные стрелки на молодых ксанторреях, растущих на обочинах грунтовой дороги. Есть что-то жизнеутверждающее и бодрое в этих травяных деревьях.

Зелёный "фонтан" на маленькой чёрной кривой ножке - это и есть травяное дерево

Xanthorrhoea — ксанторрея (в австралийском английском — /ˌzæn.θəˈɹiː.ə/), уникальное австралийское растение, долгожитель, вырастающий в год на 1–2 сантиметра. Главная удивительная черта ксанторреи — она в состоянии переживать частые австралийские пожары. И после огня она цветёт особенно пышно, выпуская свои длинные свечи-стрелки.

Говорят, что возраст многих крупных экземпляров в дикой природе составляет от 300 до 600 лет (а отдельные старожилы живут ещё дольше), при этом взрослое деревце достигает в высоту всего нескольких метров.

Отметив, что на выжженной обочине ксанторреи цветут массово, а на той стороне, где отжиг не проводился — только единицы, мы ещё немножко прошлись по лесной просеке.

— Будем поворачивать обратно? — я глянула на экран телефона.

— Пройдём ещё чуть-чуть? Интересно же, что там дальше.

— Ну хорошо, до того поворота, и — домой.

«До поворота» дорога была довольно пологой, и мы как-то очень бодро прошагали ещё носколько сотен метров. На левой обочине скоро показался water tank — гофрированный оцинкованный стальной резервуар. В него закачивают несколько тысяч литров воды, которая там хранится исключительно для противопожарных нужд и лесных служб.

Water tank 

— Неожиданно... Быстро мы сюда пришли, — удивилась я. — Ещё чуть-чуть — и будет на холме обзорная площадка под проводами. Я видела в Гугле фото — очень интересно! Пойдём?

— Пойдём!

Ориентируясь на разветвлениях просек по табличкам на невысоких столбах, мы всё по той же грунтовке поднялись немного выше. Теперь дорога огибала заросший высокими деревьями и мелкими папоротниками небольшой холм, а с другой стороны тянулся глубочайший овраг с крутым склоном.

Я сверилась с навигатором.

— Похоже, придётся лезть по вот этой тропинке наверх. Идти по просеке далековато.

Первые десять метров выбранной нами тропы были не для людей, а для горных коз. :) Но мы, цепляясь за тонкие ветки кустов, сумели вползти на осыпающийся мелкими камнями и глиной склон. А потом дорожка стала чуть удобней.

Вскоре меж деревьев засеребрилась высокая ажурная башня ЛЭП. Мы выбрались под неё, и повернулись лицом к просеке, над которой нависали тяжёлые, гудящие и потрескивающие провода.

В это «окно» в густом лесу было видно всю долину, в которой располагалась не только наша излучина реки, но и весь соседний городок Ипсвич. А дальше за ним можно было разглядеть фермерские поля и небольшие поселения, буквально из нескольких домов. У самого горизонта тянулся тёмный хребет Main Range.

— Ваааау! — я не удержалась от восхищения, разглядывая раскинувшиеся перед нами просторы. — Честно, не ожидала, что мы так быстро сможем сюда дойти! Хотя посмотреть на этот пейзаж очень хотелось.

— Интересно, что за горы в этом хребте?

Вид в сторону Флиндерс-Пик

Я заглянула в навигатор на телефоне, сверилась с горизонтом, оценила направление.

— Вон та «ямка» на хребте — это Каннингхем-Геп, где мы с тобой были на прошлой неделе. Значит, слева от перевала — гора Митчелл, а справа — Кордо.

Юра передвинулся вправо, чтобы рассмотреть вид, который скрывали кроны деревьев.

— А там — Флиндерс-Пик, где любит бывать Игорёк.

Я сверилась с картой на телефоне.

— Да! Точно!

Надышавшись простором и чуть посидев на скамье — достопримечательности здешних мест, мы не повернули обратно на «козью тропку», по которой забрались на холм. В противоположную сторону отходила грунтовая дорога, которая бежала по более пологому склону, огибая вершину, и вывела бы нас обратно на Centre Road.

Идя в тени высоких эвкалиптов, муж отметил:

— Смотри, как много здесь папоротников. Влажнее здесь, что ли?

— И птичек больше! — я помахала пальцем, показывая, где мелкие пичуги прячутся в кусты.

— Там, наверху, был красноспинный малюр. Здесь — Leatherhead.

Leatherhead - «Кожаная голова» — это народное австралийское название Noisy Friarbird (Philemon corniculatus), а по-русски — крикливый филемон).

— Вон и какаду собрались.

Около полудюжины белокрылых красавцев-какаду расселись на дереве на краю просеки. Они перелетали с ветки на ветку и громко кричали.

— Они на нас ругаются, что ли? — рассмеялась я.

— Да кто их знает? Может, это те самые наглецы, что воровали у нас апельсины и макадамию, а мы с тобой их гоняли, — съюморил Юра.

Мы прошли по просеке, уводящей нас от ЛЭП, минут десять, и я остановилась.

— Знаешь, лучше обратно! По этой дороге обходить холм далеко, мне кажется, не менее получаса. А по тропинке «скатимся» вниз за несколько минут.

И мы снова вышли под гудящие провода, бросили ещё один взгляд на бескрайние просторы. У входа на тропинку Юра попытался сфотографировать на свой телефон серенькую малютку-голубянку, а она от него улетела.

Потом мы быстро дошагали до крутого склона, не без труда совместными усилиями его преодолели (т. е. я пищала и цеплялась за кусты, а Юра мужественно подставлял мне своё твёрдое плечо).

Та самая :) "козья тропка"

Выйдя на Centre Road, мы бодро зашагали по пологому спуску вниз. По пути обогнали какую-то «пенсионерскую» туристическую группу.

«Пенсионерскую» — не потому что я считаю себя вечно молодой :) Наш собственный пенсионный возраст наступит почти через 7 лет, т. е. когда нам исполнится по 67. А леди и джентльменам, которые нам попались по пути, было лет по 70, не меньше.

Обратный путь показался гораздо короче, чем подъём до ЛЭП. И в девять утра мы уже завтракали дома в своей столовой.

На всё небольшое «путешествие» мы потратили около двух часов. Но в целом прошли мы немного — примерно 10 000 шагов.