10.08.2026.
 |
| Мозаика на стене одного из гостевых домиков в эко-комплексе Turtle Sands |
— Рановато мы приехали, двух ещё нет, — произнесла я, глянув на экран телефона.
Юра только что припарковал Митси у небольшого серого домика с надписью «Reception».
— Ну и что. Зарегистрируемся и погуляем. За ключами заглянем попозже.
Это продолжение рассказа о нашем августовском автомобильном путешествии на север. Начало рассказа здесь: Курс на Бандаберг
Дежурный администратор встретила нас радушно, будто старых друзей. Хотя мы никогда прежде не останавливались в эко-комплексе Turtle Sands.
 |
| Фото с сайта эко-комплекса |
— Вы из Брисбена? Как добрались? К сожалению, в вашем домике ещё не закончена уборка. Может, вы пока пройдётесь по пляжу? Или выпейте кофе? — женщина средних лет за стойкой указала на кофемашину в углу.
— Мы лучше пойдём на пляж...
— Хорошей вам прогулки! Как только номер будет готов — я вам позвоню.
— Вот не зря заехали в Коулс, и я купила там морковный бисквит, — проговорила я, пока муж выруливал с парковки. — Немного проголодалась. О! Смотри! Стол и навес! Будем пить чай здесь!
Рядом с огороженной территорией эко-резорта примостился столик для пикников. А за густой порослью прибрежных кустов, прикрытых плотным забором, шумел океан.
Я достала из багажника свой бисквит и термос.
— Хочешь чаю?
И увидела глаза мужа, которые были совершенно далеки от такой прозы, как морковный пирог.
— Да ты ешь тут, пей, я пока осмотрюсь. Вон там бабочка какая-то пролетела!
— Телефон не забыл? — крикнула я в удаляющуюся спину мужа.
— Не забыл! — донеслось откуда-то уже из-за кустов.
Морковный бисквит был безупречен. С наслаждением смакуя каждый кусочек, я неторопливо огляделась по сторонам. Между парковкой и побережьем возвышался плотный высокий забор, в котором приглашающе были распахнуты ворота.
Из ворот неторопливо показался австралийский сорный кур, с гордостью неся свою ярко-красную бесперьевую морщинистую голову, его шею обрамлял выразительный ярко-жёлтый «воротник». Птица подошла ко мне почти вплотную и стала осматривать пол — не уронила ли я туда каких-нибудь крошек.
— И никуда от вас не деться! — хмыкнула я, глядя на кустарниковую индейку. — Мне твои родичи дома надоели. Не дождёшься, не буду тебя кормить!
Австралийская сорная курица, кустарниковый большеног, кустарниковая индейка / кустарниковая индюшка, австралийская индейка — это всё одна и та же птица.
Индюшок, а судя по роскошному кожистому «воротнику» птицы, это был мальчик, спокойно прошествовал под стол, оттуда пронзительно глянул на меня (что, дескать, не кормишь?!) и с таким же достоинством удалился восвояси.
Вернув свои вещи (походную кружку, термос и остатки пирога) в багажник Митси, я отправилась к калитке прочитать висящую рядом надпись. Она гласила, что в сезон, когда морские черепахи выходят на берег для кладки яиц, доступ на берег после заката закрыт.
Эко-комплекс Turtle Sands находился буквально в нескольких десятках метров от песчаных пляжей, облюбованных морскими черепахами для выведения потомства. Чтобы как-то оградить находящихся под угрозой исчезновения черепашат, территорию Мон-Репо (Mon Repos) объявили охраняемым природным парком. И в весенне-летний сезон допуск туда регламентирован.
Прибытие головастых черепах к местным берегам начиналось только в ноябре, и в августе можно было гулять у океана без каких-либо ограничений.
Проникнувшись сочувствием к морским черепашкам, я стала оглядываться. И достала телефон.
— Ты далеко?
— Тут рядом. Ты попила чай? Сейчас приду.
Буквально через пару минут муж вынырнул из кустов на обочине дороги со стороны, противоположной океану.
— Бабочку догнал? — полюбопытствовала я.
— Не... Но там в зарослях шастает куча кенгуру. И почти не боится.
— Я тоже хочу посмотреть!
Вслед за Юрой я зашла за придорожные кусты. За ними взору открылся пейзаж первозданной, несколько суровой красоты.
Заболоченная дикая местность щедро была украшена громадными вулканическими чёрными пористыми валунами, кое-где поросшими серым лишайником. Клочки по-зимнему привядшей травы покрывали всё пространство меж камней, а сочно-зелёны деревья и кустарники придавали живости этой картине.
Я даже позабыла про кенгуру, настолько меня заворожили выразительные валуны. Мне показалось, что они шептали о пролетевших, словно мгновение, миллионах лет с тех пор, когда они были горячей лавой и стекали из жерла действующего вулкана.
С трудом оторвав свой взгляд от живописной чёрной гряды камней, я сделала несколько шагов и догнала Юру, фотографирующего небольшую семейку кенгуру.
Сумчатые звери нас не особенно боялись, но и близко не подпускали. Они спокойно пощипывали траву, и стоило нам подойти на лишний шаг, они на столько же от нас отодвигались. Но убегать прочь кенгуру явно не собирались.
Вдоволь поглазев на кенгуру, мы вернулись на автостоянку и прошли через ворота.
К океану вели приподнятые над поверхностью деревянные мостки с перилами. Эта экотропа специально построена для защиты хрупкой прибрежной растительности и песчаных дюн.
По деревянному настилу мы выбрались на берег и на минутку остановились, с удовольствием вдыхая вкусный, чуть солоноватый воздух.
Перед нами за узкой полоской жёлтого песка до самого горизонта простирался океан. И гремел нескончаемым прибоем.
Юра почти сразу приметил в небе каких-то хищных птиц и поспешил вперёд, чтобы сделать пару кадров. Я поначалу разглядывала растительность на берегу, таких пышных зелёных широколистых кустов мне не приходилось встречать рядом с пляжами Брисбена.
Справа от нас в океан выдавался невысокий мыс, его драматично украшали те же чёрные вулканические валуны разных размеров.
Мы пересекли песчаный пляж, перебрались по камням по обмелевшему из-за отлива тоненькому ручейку и пошли по кромке меж нагромождённых у воды булыжников и прибрежных зарослей.
Отвернув от линии прибоя, мы углубились в мангровые заросли и снова оказались на немного заболоченной открытой местности.
Вдалеке среди редких пучков болотной растительности суетились и попискивали маленькие кулики.
Стараясь обходить особо сырые участки, я с интересом рассмотрела забавное растение, ...
... по виду напоминавшее не то каких-то паразитических червей, не то почти микроскопические сардельки.
Тот маленький ручей, который мы легко перешагнули на пляже, на расстоянии от океана разливался на суше в маленькую речушку. Её берега густо поросли мангровыми деревьями.
Подойдя ближе к ручейку, я заметила на воздушных корнях нечто маленькое, продолговатое, тёмное и блестящее, в длину — сантиметров 5, не больше. При моём появлении загадочные существа спрыгивали со своего места, плюхались в воду, резво уплывали прочь и прятались где-то на дне. Чуть поразмыслив, я догадалась:
— Это же илистые прыгуны!
— Где?
— К ним трудно подобраться, очень пугливые.
Мы несколько минут потратили на то, чтобы подобраться к экзотическим рыбёшкам, способных выходить на берег на своих передних плавниках. Но прыгуны все оказались чрезвычайно шустрыми: при виде нас они быстро скрывались в ручье.
Тут тренькнул Юрин телефон. Пришло сообщение о том, что наш номер готов. И мы отправились заселяться в наш пляжный домик.
