Когда только утро было добрым

Этой зимой мы частенько выходим на прогулку по утрам, тем более, что Юра дома «в отпуске» (точнее —  у него период между контрактами).

Не всегда у нас получается покинуть дом в ранний час, когда солнце только поднимается над горизонтом и устраивает неповторимые небесные шоу. Но случаются такие дни, когда даже поздняя прогулка радует чем-то особенным, тем, о чём хочется снова вспоминать.

 Kookaburra Park, Brisbane River

Сегодня солнышко уже сияло над правым берегом реки, когда мы начали спускаться с холма к заливным лугам Kookaburra Park. Я случайно обернулась и заметила небольшой кусочек радуги на облаке, проплывавшем над рекой. При этом дождя не было ни над нами, ни там, где висело облако.

Без дождя радуга была неполной, в виде маленького коромысла, расцветившего серое облако. И она быстро пропала, стоило только солнцу спрятаться за тучу.

Маленький красочный эпизод улучшил моё утреннее настроение. Хотя ему этим утром не с чего было быть плохим. :) 

Да, на дворе зима и до весны ещё почти полтора месяца. Но первая часть зимы была мягкой, довольно тёплой и влажной. От регулярных дождей трава повсюду ярко зеленеет. Кусты и деревья, которые любят цвести зимой, — пышно цветут. И во дворе у нас созревают апельсины.

Bauhinia (баугиния, орхидейное дерево) зацвело на переднем дворе

... Уже дома после завтрака я отправилась на свой «огород» — четыре грядочки, где сейчас растёт только зелень. Укропчик, петрушка, нежная кинза и немножко старого базилика.

Пришла туда — и онемела от изумления...

В прошедшее воскресенье мы с Витей затеяли сеять свежую зелень: вместе разровняли граблями вскопанный днём раньше уголок, потом внук сам палочкой чертил бороздки и разбрасывал семена. 

В конце мы засыпали всю грядку мульчой из сахарного тростника. Юра помог нам прикрыть её металлической сеткой — наглые bush turkey совсем распоясались и последнее время пакостят во дворе: разгребают все клумбы и грядки.

Иллюстрация, нарисованная Дусей

Australian bush turkey — крупная птица, её называют кустарниковым большеногом или сорной курицей. Последнее время их стало особенно много в черте города, ещё и потому, что они находятся под охраной закона.

В особом документе нашего Городского совета говорится: «Птиц нельзя ловить, ранить, стрелять в них или агрессивно прогонять». За причинение вреда диким животным и птицам предусмотрен серьёзный штраф.

Ну вот, в воскресенье мы грядочку со свежими посевами устроили и полили, а во вторник я обнаружила, что она наполовину разорена.

А так всё было на самом деле :)

Прежде сорные куры пакостили, но не в таких размерах. Ну выкопают в саду ямку-другую...  В этот раз у меня создалось впечатление, что моя аккуратная грядка вызвала у птицы чувство личной вендетты. Везде, где пролезла большая цепкая лапка наглой bush turkey, земля была выкопана на глубину не менее 10 сантиметров и выброшена на мощёную дорожку.

Не успела я успокоить свои нервы зелёным чаем, как Юра снова вызвал меня на улицу:

— Выйди, что-то покажу.

Я без настроения проследовала за ним на склон, где растут банановые деревья, и обнаружила в тени нечто, что поначалу приняла за гору серо-пёстрых перьев. Присмотрелась получше:

— Он живой?

На земле клювом вниз лежал tawny frogmouth (дымчатый лягушкорот или совиный козодой).

Это tawny frogmouth, тоже иллюстрация от Дуси

— Вроде дышит. Жабу он проглотил и отравился. Смотри, потом срыгнул, но всё равно ему очень плохо.

Во мне включился материнский :) инстинкт, я сразу бросилась спасать несчастную птицу.

Пока я, накрыв тряпицей, перекладывала козодоя в картонную коробку, Юра с помощью ИИ узнал, что отравившегося тростниковой жабой пернатого можно спасти, только будет лучше, если этим займётся ветеринар.

Мы тут же отыскали на карте ближайший госпиталь RSPCA (организации, занимающейся защитой животных) и отвезли туда неразборчивого в питании лягушкорота.

Двадцать минут в одну сторону, столько же обратно и ещё потратили какое-то время на то, чтобы сориентироваться в кампусе и найти нужное помещение — домой вернулись мы примерно через час.

— Вот и спасай после этого диких животных, — пробормотал муж, ошарашенно взирая на ту картину, что мы увидели на собственном дворе.

На ограде живописно расположилось десятка полтора белокрылых красавцев — желтохохлых какаду. Ещё с десяток снежно-белых попугаев расселись по мощёному двору и с наслаждением поедали апельсины, которые они только что оборвали с наших двух деревьев.

Так всё происходило с точки зрения Дуси :)

Испугавшись нас, какаду, оскорблённо вопя, взмыли в воздух, но расселись неподалёку. Видимо, ждали, когда эти навязчивые и шумные двуногие уйдут и позволят бедным птичкам в спокойствии доесть сладкие апельсины.

На моей памяти это первый раз, когда птицы покушаются на зрелые апельсины. Ещё в прошлом году цитрусовые вообще никого не интересовали, какаду ограничивались только макадамией с наших деревьев. И они только сейчас распробовали сладкие плоды.

Тут мы уже подобрали апельсины с пола

...Вечером мы обмотали деревья сеткой со всех сторон, сейчас рвать фрукты пока рановато — им нужно чуточку дозреть. Собрали с пола испорченные и разбросанные какаду апельсины  — получилось около ведра.

Ну что сказать... Денёк выдался беспокойный. А начинался так красиво. :) С радуги над рекой.

Акварельное утро

 — Словно кисель! Молочный кисель. И без ягод, — произнесла я, входя в туман.

Мужа моё «высокохудожественное» сравнение не впечатлило, он продолжал мерно шагать, спускаясь с холма к реке.

В это воскресное утро мы вышли на прогулку пораньше, чтобы после неё спокойно позавтракать до приезда детей. Когда в нашей столовой вращается маленький метеор Витенька, у меня редко получается поесть без спешки. Я то ищу угощение для внука, он может долго перебирать: фрукты, орехи, печенье, а то и вовсе попросить бекона вместо сладостей. А то надо найти в шкафу любимый чай сына, достать чайную чашку, подлить кипятка.

Да-да, и внук, и сын в состоянии всё это сделать сами. Но с одной стороны, мне приятно проявить о них заботу. А с другой, у нас совсем крохотная кухня, разделённая со столовой длинным кухонным столом. И мне удобнее без суеты усадить за ним гостей на высокие табуреты самой достать всё необходимое.

Но вернусь к нашей прогулке. До приезда детей оставалось ещё часа два, и мы с Юрой, одевшись соответственно погоде (на термометре было чуть больше +10), направились в Kookaburra Park.

Ночью прошёл слабенький короткий дождик, после него дорожный асфальт потемнел, а с деревьев и кустов по бокам тротуара временами срывались крупные тяжёлые капли и с громким шорохом падали вниз.

Из-за холмов и высоких эвкалиптов во все стороны рассыпались ранние солнечные лучи, но когда мы почти добрались до парка, пейзаж драматично изменился. От реки пополз густой плотный туман, который тут же превратил это утро в акварельную картину.

Размылись силуэты деревьев и очертания домов, а пространство сузилось до нескольких десятков метров.

Вдоволь насладившись пастельными картинами зелёных косогоров Kookaburra Park и реки, мы повернули обратно.

Мутная пелена медленно выползала из низины парка и пыталась захватить улицы, но поднимавшееся всё выше солнце рассыпало вокруг свои зимние, но тёплые лучи и испаряло туманную дымку.

Дома Юра принялся печь блины. Он этим любит заниматься, и блинчики у него всегда самые вкуснейшие.

Потом приехали мальчишки. И тут день утратил медитативную неторопливость. :) Чаепитие, блины, шумные разговоры, маленькие проказы внука... 

После завтрака мы вышли во двор и проредили хризалидокарпусы (golden cane palm, дипсис желтоватый) — пальмы на переднем дворе. За прошедшее лето они заметно разрослись и отправили большую часть нашего мангового деревца в густую тень.

Манго слева, пальма хризалидокарпус - справа

Манго в этом году раньше времени зацвело, видимо сказывается тёплая и влажная зима. Но соцветия появились только с той стороны, где на листья попадал яркий свет. Когда мы убрали несколько самых высоких пальмовых стволов, деревце снова равномерно осветилось.

Надеюсь, что несмотря на слишком раннее цветение, манго нас в этом году порадует своими плодами.

Спилив пальмы, сын вернулся к себе домой. А Витенька продолжал веселить деда и бабчи, пока его вечером не вернули родителям. На следующий день малышцу нужно было снова идти в школу, каникулы закончились.

Маленькое простое счастье

 

— Бабчи, а почему на пляже так мало... — Витя на секунду замолчал, оглянулся и немного удивлённо закончил. — Вообще никого нет?!

Я вслед за внуком посмотрела вдоль берега направо и налево. Маленький пляжик Кливленда был девственно пуст. И в этот раз он выглядел особенно чистым: ни обломков водорослей, ни палочек, ни даже мелких ракушек. Похоже, что в начале зимы сюда дополнительно завезли свежий песок и аккуратно его разровняли.

 — Потому что зима, купаться сейчас холодно. А сидеть просто так на берегу людям неинтересно.

 — А деда плавает. 

— Твой деда немного сумасшедший, — улыбнулась я.

Строго говоря, я была несправедлива к Витиному деду. :) Температура воды у берега в Кливленде сейчас остыла до 21 градуса. И воздух полудню прогрелся до +23. А что такое +20 для настоящего сибиряка?!

— Нет, деда не сумасшедший, — покачал головой Витенька. — В следующий раз я тоже привезу плавки!

Хмыкнув в ответ, я протяну внучеку совочек.

— На, копай.

— Будем строить каналы! — загорелся идеей малышок. 

Был четверг, обычный июльский солнечный четверг. Свежий и немного ветренный.

У Витеньки заканчивались его первые зимние каникулы, и мы с мужем вывезли его порезвиться на берегу, пропитаться солёным и вольным воздухом.

Юра, невзирая на ветреную погоду, не удержался, надел купальный костюм, взял камеру и без раздумий нырнул в воду — посмотреть, как восстанавливается морская жизнь на дне залива после прошлогоднего циклона.

Из-за тонн грязи и пресной воды, принесённых половодьем после проливных дождей, вызванных циклоном Альфредом в начале 2025 года, в Кливленде погибли все прибрежные водоросли и кораллы.

От роскошных подводных "джунглей" остался только тёмный рыхлый ил, среди которого редко-редко проплывали мелкие рыбёшки. Теперь морская экосистема восстанавливается крайне медленно.

...Наш с Витенькой канал протянулся уже на целый метр по влажному песку перпендикулярно линии прибоя, и каждая лёгкая волна добавляла в него воду. Под её воздействием рыхлые края канавки иногда осыпались. Внука борьба со стихией не расхолаживала, каждый обвал песчаной стены он встречал с восторженным визгом и с удвоенной энергией продолжал ковырять совочком берег.

Я больше на словах поддерживала энтузиазм маленького строителя, сама же с наслаждением разглядывала ярко-голубое небо, по которому неспешно плыли изумительные тонкие перистые облака. Вода в заливе поблёскивала и отливала непередаваемо-прекрасным оттенком плавленого металла, серебристого, с лёгким голубым оттенком.

Юра вернулся из подводного плавания довольно быстро.

— Холодно?  — сразу же поинтересовалась я.

— Прохладновато.

— Много там интересного?

Муж отрицательно покачал головой.

— По-прежнему почти ничего нет.

— А водоросли?

— Только саргассы стали понемногу отрастать. Несколько рыбок видел

— А кораллы?

— Нет. Лежат шары погибших мозговых кораллов.

— Жалко...

Витенька нетерпеливо подпрыгивал рядом

— Деда, смотри! Я построил канал! А ещё в следующий раз я пойду купаться с тобой. Привезу из дома шорты.

— Обязательно пойдём с тобой плавать! Только весной, — улыбнулся Юра.

Витя ещё с удовольствием побегал взад-вперёд, повалялся на песке, потом зашёл в своих красных сапожках с динозавриками в воду и слегка замочил носки. 

После чего он был "эвакуирован" с пляжа, разут и босиком побежал к машине по пушистой стриженой зелёной траве.

— Я босой, — счастливо попискивал внучок. — Мне очень нравится бегать босиком!

Удивительно, как мало нам для счастья надо...

Когда слова не складываются

 

Безуспешно который день подряд я пытаюсь набросать для блога заметку о недавнем воскресенье. И ведь нельзя сказать, чтобы оно выдалось каким-то особенным, сложным или длинным: то был обычный выходной день, который мы провели с внуком. Но уже третье утро я как-то очень долго «собираю в кучку» мысли, чтобы их оформить в осмысленный текст. А когда я вроде бы готова что-то записать в блоге — просыпается Юра.

Он приходит в гостиную, где я сижу в раздумьях над лаптопом, устраивается в кресле, а из моей головы испаряются последние графоманские задумки. Я включаюсь в беседу о новостях, планах на день и прочей прозе жизни. И неоконченная запись в блоге так и остаётся висеть в черновиках.

Словно в противовес отсутствию сказительного настроения, :) я четвёртый день вяжу крючком круглые мотивы. Пестренькую пряжу я купила в «Спотлайте» в субботу: два 150-граммовых толстеньких моточка акрила градиентной окраски.

Маркировка пряжи Moda Vera Valley — 8 ply, так обозначают нитку в 8 сложений. Но никаких «сложений» в данном случае не наблюдается совсем: акрил напоминает слегка скрученную толстенькую ровницу. И метраж никак не похож на 8 ply — в 150-граммовом мотке намотано всего 375 метров.

Вместе с тем пряжа очень мягкая, совсем не скрипит — хоть и синтетика, но очень хорошего качества.

Про то, как будет выглядеть в завершённом виде текущий проект, я промолчу. Потому что, скажу честно, я сама до конца ещё этого не знаю. Но обещаю, что если не заброшу вязание, то покажу весь процесс, его стадии и мои «творческие метания». :)

И последнее. Ещё про пряжу.

В который раз убеждаюсь, что для меня секционная нить с недлинными секциями гораздо привлекательнее выглядит в мотке, чем в изделии. Не знаю, может быть, на спицах Moda Vera Valley была бы по-особенному хороша, но на крючке эти переходы от одного цвета к другому выглядят слишком часто и резко.

Впрочем, я приобрела всего два мотка, отличающиеся по оттенку, и больше покупать эту пряжу не стану — продолжу задуманное с нитками из своих запасов.

Вот такая я сегодня: создала интригу, напустила туману и... :) ухожу к своим мотивам.

Ещё одно зимнее утро, садовые планы и об Эль-Ниньо

 

— Куртку надень, на дворе холодно.

— Да не может быть!

— На градуснике всего плюс шесть! И смотри, — я картинно выдохнула, и от моих губ полетели лёгкие струйки пара.

На часах было около семи утра, я, стоя на заднем дворике у французского окна и чуть его приоткрыв, разговаривала с Юрой, который тоже собирался выйти из дома. Мы отправлялись на своё утреннее «свидание с природой» — небольшую прогулку до Kookaburra Park.

Сразу после зимнего солнцестояния ночью похолодало. Хотя это выглядело как парадокс: световой день начал удлинняться, солнце постепенно должно всё выше забираться на небосклон, а субтропическая зима после прохождения астрономического пика только по-настоящему вступила в свои права.

Наша прогулка до реки получилась бодрой. Над водой низко и загадочно клубился туман, яркие солнечные лучи ещё не добрались до тёмного зеркала реки в парке — его прикрывали высокие эвкалипты на противоположном берегу.

Над изумрудно-зелёными лужайками и косогорами было солнечно. Мне даже стало чуть жарковато в моей куртке, пришлось её расстегнуть.

На холмах забавные плаверы (солдатские чибисы) на своих длинных жёлтых ногах шныряли средь отросшей после недавней стрижки травы, ловили насекомых. Чёрные водные курочки-пастушки шебуршились в густых зарослях на берегу, изредка выглядывая наружу, пугались нас и прятались обратно. Задорные и шустрые веерохвостки порхали прямо над дорожкой, бегущей через парк, и весело что-то щебетали.

— Орлы снова улетели, — муж бегло окинул взглядом кусты на противоположном берегу, где мы частенько видели хищных птиц, когда они отдыхали после охоты на речную рыбу.

Я пожала плечами.

— Наверное, они просто ночуют где-то ещё. Сюда прилетают охотиться, когда солнышко пригреет.

...Дома, после завтрака, мы вышли в сад.

Я уже говорила, что весь куст эпифиллума у газибо пришлось убрать, оставив от него только две веточки и корень. Этот листовой кактус необходимо регулярно очищать от постаревших стеблей, потому что всё под новой густой порослью лишается света и отмирает.

Эпифиллум только сверху зелёный, внутри куста - сухие ветки

Высохшие ветки я сложила в мусор,  в этом мне очень помог Витя, а оставшуюся зелень поломала и отправила в компост.

Наши будущие террасы за газибо ещё очень далеки от завершения. Но у нас есть план, и мы медленно и с удовольствием его воплощаем.

Недавние новости (разве что ленивый блогер об этом не упомянул) были наполнены прогнозами австралийских метеорологов о начале очередного, особенно сурового, цикла Эль-Ниньо — природного явления, во время которого поверхностные воды в центральной и восточной части Тихого океана становятся теплее, чем обычно.

В Брисбене и окрестностях вследствие этого процесса может установиться более сухая, чем обычно, и жаркая погода. Тепловые волны, засухи, пожары — стихия может разгуляться всерьёз.

В такие периоды особенно страдают сельское хозяйство и домашние сады. Впрочем, на нашем  дворике давно нет неженок, все влаголюбивые растения погибли в затяжную сушь. И потому я почти спокойна, особой подготовки к возможным капризам погоды не веду.

Кстати, не исключено, что эффект Эль-Ниньо будет усилен или ослаблен другим явлением — Индийским океаническим диполем (это я не сама такая подкованная, меня Дуся недавно просветила).

Поэтому пока сидим спокойно, возможной засухи не боимся и продолжаем радоваться каждому отдельному солнечному утру.

Дождю тоже радуемся, потому что (помните?) у природы нет плохой погоды. :)

(Авторы песни явно не сталкивались с австралийскими тропическими циклонами, из-за которых весь город останавливается и ждёт удара стихий...)

Зима, самый короткий день года

В воздухе висел сладкий и дурманящий медовый аромат, смешанный с благоуханием свежескошенной травы. С некоторых дворов раздавался треск газонокосилок: в этот послеполуденный воскресный час брисбенчане продолжали стричь траву на передних двориках. И пока я шагала от дома до Kookaburra Park, мне на глаза не попалось ни одного неряшливого газона — за выходные дни почти все жители нашего района привели их в идеальный порядок.

А я неспешно шла по бетонированному тротуару, проложенному параллельно проезжей дороге, и, улыбаясь, вертела головой, надеясь найти «виновника» этого сладкого цветочного благоухания.

Melaleuca linariifolia, aka каллистемон

Сначала мне на глаза попался развесистый куст с кремовато-белыми цветами, напоминающими «ламповые щётки».

По старой привычке я б назвала кустарник «каллистемоном», но Дуся меня недавно просветила, что все растения этого рода в конце нулевых годов после ДНК-анализа переименовали, объединив с родом малалеука.

Даже не знаю, :) стоит ли переучиваться и запоминать, что все нативные австралийские каллистемоны теперь малалеуки... Ох уж эти ботаники, нет им покоя!

Соцветие малалеуки поближе

 А кустарник Melaleuca linariifolia знать не знал, что он теперь не каллистемон, и продолжал украшать своими дивными цветами главную улицу, ведущую к парку.

Надо сказать, что каллистемоны и несколько других декоративных видов деревьев и кустарников высадили вдоль дороги в начале этого десятилетия. Хрупкие саженцы очень быстро вытянулись, разрослись и стали радовать нас в разные времена года.

Белые каллистемоны-малалеуки цветут сейчас, в начале зимы. Другие растения покроются бутонами весной и летом.

Я погрузила своё лицо в цветущий куст — и, слегка поморщившись, отошла подальше: нет, не то! Кремовато-белые «ламповые щётки» пахли скорее перебродившей медовой брагой. Это был совсем не сладко-медовый аромат, не тот, что я искала.

Напротив малалеуки возвышалось компактное густое деревце с невзрачными беловатыми цветами.

Ещё один австралиец - такеру

Это был Cupaniopsis anacardioides, Tuckeroo, такеру. И его запаху скорее подходило определение «на любителя».

Невзирая на немного странное амбре, это дерево широко используется на улицах Брисбена.

Озеленители любят такеру за его неприхотливость. И ещё за то, что раскидистые деревца с плотной густой кроной, дают улицам тень, а птицам — прибежище и питание: невзрачные цветы превращаются в оранжевые ягоды, поедаемые попугаями и прочими фруктоедами.

Так и не найдя источник душистого медового благоухания, я отправилась дальше. И через несколько сотен метров обнаружила, что высокий зелёный «забор» из кустов мурайи (Murraya paniculata, orange jasmine, mock orange) снова покрылся крохотными белыми цветами. Так вот кто наполнил весь район своим головокружительным ароматом!

Murraya paniculata, апельсиновый жасмин

Довольная своей находкой, я продолжила свой путь. В парке «рыбачили» мои дорогие мальчики: Витенька и Юра. Они отправились на машине к реке сразу после обеда, а я, закончив с домашними делами, решила прогуляться.

Прогноз обещал на этот зимний, самый короткий день в году, дожди. Но с раннего утра над нашей окраиной ярко сияло солнце. И когда внук приехал к нам, мы первую часть дня провели в саду.

Сначала мы изучали плоды монстеры, они недавно начали созревать. Внук выразил желание снять с этих экзотических фруктов пробу, и я не стала возражать, просто очистила отстающую кожуру с одного из них.

Плоды монстеры

Витенька только надкусил белую мякоть — и тут же сморщился и выплюнул попавший ему в рот кусочек.

— Что, не нравится? — засмеялась я. 

— Яккк!

— Я тоже так считаю, гадость.

— Ничего вы не понимаете! — тут подошёл Юра и с удовольствием пожевал съедобную часть монстерного плода.

Перезревший плод монстеры

 — Ну, если нравится, то ешь, а мне надо сложить в мусорный бак обломки филлокактуса, — я накануне расчищала холм за газибо.

Витенька быстро завладел моим любимым секатором с длинными ручками. Я только подавала сухие ветки, а внук их ловко разрезал.

— Вить, ты осторожней, хорошо? Эта штука может быть опасной! 

— Я знаю, — важно кивнул мне мальчуган.

Я ни на секунду не спускала с малыша глаз, позволяя ему работать с настоящим взрослым садовым инструментом.

Витя режет ветки

И когда Витенька убежал к деду жечь для барбекю костёр, я облегчённо выдохнула. :) Настала очередь Юры следить за внуком.

Так и прошло наше время до обеда.

А над Brisbane River между тем с запада надвигались синие тучи, несущие в себе обещанный синоптиками дождь.

Над рекой Брисбен клубятся тучи

Я разыскала у реки своих «рыбаков»: старший следил объективом своего «Никона» (с которым он почти не расстаётся) за парящим над рекой ястребом, а малышок, по локоть в грязи, копал в илистом песке «канал». Удочка валялась на берегу рядом, никому не нужная — птица и строительство песчаных замков были важнее.

Мои рыбаки, так и не поймав ни одной рыбёшки, засобирались домой. А я захотела ещё немного погулять — очень мне понравились сочетание свежескошенной травы и цветущей мурайи.

— Пойдёт дождь — звони, я приеду, — в окно машины крикнул Юра.

— Да-да, если что — позвоню!

Но я добралась до дома посуху. А дождик пошёл в этот раз только ночью, самой длинной зимней ночью после короткого дня.

Зима продолжается

Прошедшая неделя выдалась влажной.

Дождик то слабо моросил, погружая весь сад в волшебное царство серебристых капель, которые загадочно мерцали, когда небо прекращало истекать водой.

А то целый день, с рассвета до заката, медленно и меланхолично за окном накрапывало, и вместо запланированных садовых работ (помните о моём углу сада за газибо?) я придумывала себе дела в доме.

Эуфорбия (молочай) с переднего двора

Благодаря влажной погоде я (наконец!) добралась до холодильника и провела там полную инвентаризацию. Нашла в дальнем углу морозилки замороженный ещё в прошлом году апельсиновый сок из собственных апельсинов.

У наших двух компактных деревьев выдался прошлой весной урожайный год. Наверное, на это повлияли обильные дожди, выпавшие в правильное время, и те, принятые мной самой, ванны с английской солью (сульфатом магния), которые я не отправила в канализацию, а вылила под плодовые деревья, перекинув садовый шланг через окно ванной.

Апельсинов выросло прошлой весной очень много, мы чуть ли не каждый день выжимали из них ручным устройством свежий сок с мякотью.

Картинку рисовала Дуся

Часть сока пришлось отправить в морозилку, и это при том, что мы одарили тем урожаем не только наших деток, но даже некоторых соседей и друзей.

Было очень вкусно достать из морозилки жарким летом замороженный брикет, разломать его на части и есть просто так, словно утончённый десерт — сорбет. Иногда я бросала фруктовые ледышки в холодную воду — этот незамысловатый напиток тоже радовал в жару.

Теперь будем ждать следующего апельсинового урожая. Фрукты на наших деревцах уже пожелтели, но полное созревание у них наступает обычно к августу. Впрочем, всё зависит от погоды.

Дожди, туманы...

Кроме проведения ревизии в холодильнике, я разобрала вещи в платяном шкафу. 

"Критический анализ" его содержимого сделан больше пяти лет назад: были отправлены в благотворительные баки и розданы десятки разных вещей, которые хранились и не носились годами.

В гардеробе стало просторнее и аккуратнее, нужная одежда теперь находится легко, раньше она временами оказывалась погребённойи под кучами ненужного тряпья. 

Я взяла за правило пару раз в год во время смены сезонов быстро пересматривать полки с нарядами, выбрасывать износившиеся и "уставшие" экземпляры.

После проверок небольших, но важных для жизни запасов (вещей и продуктов) меня неизменно посещает приятное чувство обновления и того, что всё под контролем. Мне очень нравятся эти ощущения...

Что касается остальной жизни, не связанной с наведением порядка в разных уголках дома, то тут всё по-старому: когда нам показывается солнце — можно наблюдать прекрасные закаты и рассветы, ...

Вчерашний рассвет я наблюдала с крыльца

... устраивать приятные завтраки и обеды за столиком на заднем дворе.

В саду цветут эуфорбия и пиростегия на заборе.

Увяли нежные граммофончики зигокактуса - пик их цветения пришёлся на дождливые дни.

Зима продолжается!

И пока она не выглядит излишне холодной.

Springbrook - любовь длиной в четверть века

13.06.2026.

Было бы непросто сегодня, спустя двадцать шесть лет, сохранять те же эмоции, восторг и лёгкое неверие, что так бывает в реальной жизни, а не в фантастическом сне: тенистые тропки дождевого леса; вкусный, настоявшийся на прелой листве, влажный воздух, пропитанный десятками ароматов деревьев, кустарников и каких-то зимних и ароматных цветов...

А за зелёной завесью древовидных папоротников, пальм  и совершенно гигантских аллоказий живёт своей нескончаемой жизнью простое (на первый взгляд) чудо из чудес. Переливаясь миллионами крохотных серебристых капель с красновато-коричневых скал в каньон низвергается горный ручей и превращается в подвижную водяную завесу.

Водопад Purling Brook Falls (название-то какое — "Журчащий ручей") был и останется одним из самых моих любимых. Впервые мы его посетили в 2000-м году, когда мы с Мишей впервые оказались на австралийской земле.

... Но начну по порядку.

В субботу прогноз обещал солнце, до этого несколько дней нас радовали дожди. И ещё с вечера мы придумали с мужем поездку в горы — после влажной погоды водопады особенно хороши.

— После дождей будет грязновато в лесу, — засомневалась я.

— Мы резиновые сапоги возьмём! — мой муж — сама практичность.

— Можно обойтись без сапог, просто "снять сливки" — пройтись по обзорным площадкам и полюбоваться видами сверху. А вниз, где грязно, сегодня не ходить.

— Хорошая идея, — согласился Юра.

Мы-таки взяли с собой сапоги, я села за руль. За окном замелькали городские пейзажи, постепенно перешедшие в пригородный ландшафт, а из колонок Митси стала звучать очередная аудиокнига.

Первую остановку мы сделали в Неранге (Nerang): размять ноги после часовой поездки и выпить кофе. Маленькое кафе, куда мы нередко заглядывали в последнее время, путешествуя в этом направлении, мне показалось, опять перешло из одних рук в другие.

Скромное кафе в Неранге

Ещё недавно простенькие столы для посетителей украшали два совершенно роскошных сухих (или синтетических? — посмотреть бы по старым фото...) букета, придававших этой скромной забегаловке очаровательный бохо-флёр. Теперь букетов нет, и мне их чуточку жалко. Ещё и пальмы в контейнерах у входа почти засохли. А кофе по-прежнему был неплох. 

После кофейной передышки я передала "бразды управления" Юре, сама устроилась на пассажирском кресле. И, как мне показалось, зря.

Мы покинули Неранг, миновали поворот в Бинна-Барру (Binna Burra), и дорога принялась непрерывно петлять. В это время мы проезжали мимо красивейшего озера (Advancetown Lake) с засохшими, стоящими прямо в воде стволами. Мой драгоценный супруг, как истинный фотограф-любитель, стал периодически заглядываться на живописнейшие пейзажи на обочинах вдоль дороги. А я принялась пищать:

— Смотри вперёд! Или пусти меня обратно за руль!

Пришлось прийти к компромиссу: мы просто остановились, и сделали пару кадров деревьев в воде.

Advancetown Lake

Судьба наградила нас за эту остановку встречей с двумя шустрыми экземплярами птицы-бич (Psophodes olivaceus), которую, если захочешь увидеть, — не так легко найти.

Парочка юрких оливково-пёстрых птичек с задорными хохолками крутились под сенью куста лантаны, растущего у дороги. Мы очень обрадовались этой встрече.

Восточная птица-бич — нативный австралийский вид, эндемик, распространённый вдоль нашего восточного побережья. Она особенно известна из-за своего характерного протяжного крика, напоминающего удар хлыста.

Восточная птица-бич,  Psophodes olivaceus

 После стоянки у озера Юра перестал глазеть по сторонам. Что было кстати - что дорога наверх в этих местах похожа на серпантин, с крутыми подъёмами и несколькими "слепыми" поворотами, требующими внимания.

Скоро мы достигли просторной автостоянки неподалёку от Purling Brook Falls и по аккуратно отсыпанной мелким гравием дорожке направились вдоль ручья к обрыву. Ненадолго остановились на деревянном мосту через горную речушку — в домашней коллекции хранится уже несколько десятков кадров с этого места, но мы не устаём его снова и снова снимать. 

Нависшие над водой ажурные вайи древовидных папоротников и густой подлесок всегда навевает мне мысли о доисторическом мире, Земле тех времён, когда под похожей растительностью бродили не кенгуру, а разные динозавры... 

После моста мы быстро дошагали до площадки у самой вершины Purling Brook Falls. Водопад был хорош: весело бурля и блестя на солнце, он густой вуалью низвергался в ущелье с высоты более 100 метров.

Мы отдали должное внимание открывающейся панораме на длинные хребты, густо поросшие дождевым лесом. У самого горизонта из тумана выступали небоскрёбы Голд-Коста и ртутно поблёскивал океан.

На обратном пути в сумраке густого подлеска мы разглядели совсем крохотных шустрых пичуг. Юра успел сделать только один кадр, и тот со вспышкой, и пернатые непоседы скрылись из вида в зарослях.

Иглохвостая чаучилла (Orthonyx temminckii)

Вернувшись к Митси, мы проехали немного выше по Springbrook Road, миновали забитую под завязку стоянку у Twin Falls и достигли Goomoolahra Picnic Area.

Юра огляделся:

— Мы здесь раньше бывали?

Я пожала плечами:

— Может быть... сто лет назад. В 2000-м году, но не позже, — я махнула в сторону рукой. — Там есть особый маршрут, чтобы пройти по нему, нужно сделать заявку. Мы в такие места обычно не ездим.

— Здесь только стоИт,  — я указала в другую сторону.  — закрытый сейчас ресторан и коттедж, который раньше сдавался гостям. Вокруг коттеджа - сад. А в паре сотен метров там -  Lookout.

— Понятно. Пойдём смотреть.

Удобная и живописная площадка для пикников у Twin Falls  несколько лет уже как закрыта. Мы, для того чтобы по-походному перекусить, после прогулки нередко возвращались к стоянке у Purling Brook Falls. Как оказалось, в конце Springbrook Road в гуще леса спрятано новое и очень удобное место для отдыха с крепкими деревянными столами и скамьями.

Goomoolahra Picnic Area

Я нашла всего один недостаток у этой окультуренной зоны на природе. К стоящим в зарослях столикам  проложили бетонированные дорожки и ступени, но почву под скамьями оставили как есть. И очень зря. Недавние дожди заметно размыли лесную почву, вокруг скопилось немало грязи, обычной жидкой земляной грязи, пачкающей обувь.

А ручей, журчащий рядом с пикниковой зоной, был прекрасен своей первозданной красотой: каскадами, мерцающими в сумраке дождевого леса, и сочной растительностью, обрамлявшей берега.

По свежевыложенной, слегка приподнятой над почвой дорожке мы вышли к гребню водопада с тем же прекрасным видом на океан.

— Ты посмотри, — я удивилась. — Сегодня обещали солнце, а над Голд-Костом — дождь. И тучи ползут сюда. Как бы нас не замочило.

— Так это в Брисбене небось такой прогноз? На Голд-Косте погоду не посмотрела?

— Нет, — улыбнулась я.

Когда мы отправились назад к Митси, небо над головой утратило бездонную голубизну, стало ниже, посерело.

Мы заехали ещё на один lookout с видом на Twin Falls и океан, но горизонт уже был плотно обложен синевато-серыми тучами, и в сторону хребтов Спрингбрука протянулись длинные туманные тяжи. Стало накрапывать.

— А не заглянуть ли нам под занавес на "Самый лучший"?

— Best Of All Lookout? Почему бы и нет, — отозвался Юра.

— Помнишь, два года назад мы бродили там в тумане? Было живописно и очень красиво. Как в сказке.

— Ага.

Под постепенно усиливающимся дождём мы доехали до последней в этот день достопримечательности и, взяв зонты, двинулись к деревянной платформе на самом краю обрыва.

Второй раз волшебства не произошло. Мокрый лес впечатлил нас, как всегда, своими громадными валунами и сочным зелёным мхом. А сказочной картинки в этом дожде не получилось.

Вид с "Самой лучшей обзорной площадки" представлял собой из-за погоды сплошное "молоко": дождевые тучи полностью закрыли собой обзор на горные хребты на территории соседнего штата — Нового Южного Уэльса.

— Выходит, сказка будет не сегодня.

— Поехали лучше домой?

На этом наши субботние приключения не завершились. Но пока о второй части дня мне не очень хочется вспоминать. Может быть в другой раз...